Времена киевской оккупации были очень сложными как морально, так и материально. Самой большой проблемой того времени была нехватка еды. Ее было мало, к тому же еще и ценники были бешеными. Тогдашние магазины работали только для немцев, а обычный народ покупал продукты на местных базарах у крестьян, ну как покупал, не всегда было за что, поэтому часто просто обменивали на одежду, постель и другие бытовые вещи. В общем, в этой статье мы расскажем о воспоминаниях нескольких киевлянок, которые проживали во времена немецкой оккупации, а именно о том, чем им приходилось питаться. Подробнее об этом далее на kyivyes.
Воспоминания Галины Костенко: шелуха от картофеля, если повезет – фасоль
Одиннадцатилетняя Галина Костенко вспоминает свое детство во времена немецкой оккупации с ужасом, ведь есть тогда было вообще ничего. Еще когда была возможность посещать магазины, мать купила конфет барбарисок, это все, что было в семье Котенко, больше ничегошеньки. Галина вспоминает, как мучилась от ощущения постоянного голода, поэтому время от времени воровала барбариски и таким образом хоть немного утоляла голод.
Также мать Галины бывало приносила шелуху с картофеля. Хорошо ее обваривала и жарила, ели “блюдо” с солью. Как впоследствии стало известно, его женщина брала возле немецкого ресторана, что на Шевченковском бульваре. Из-за того, что денег в семье вообще не было, Костенко также пытались выменивать продукты у крестьян на базаре. Выносила мать из дома все, что могла. Таким образом удавалось принести домой что-то “нормальное”, к примеру, фасоль, из которой впоследствии варили супы. Сначала мать выменяла Галинино платье, правда переживала из-за этого очень, но девочка поступила по-взрослому, не расстроилась, ведь понимала необходимость таких действий. Впоследствии очередь дошла до отцовских вещей и постельного белья. Было и такое, что в белом цвете белье не брали, поэтому мать проявляла смекалку и красила его. Так и выживала семья Костенко. Также Галина вспоминает, как одна тетя принесла лошадиную голову. Девушке показалось это чем-то страшным, однако после того, как ее сварили – обгрызали с большим аппетитом. В воспоминаниях Костенко также появился мальчик, который рассказал о том, что на хлебозаводе горит мука. Дети собрались и пошли набирать, правда, взяли мало, потому что не было во что положить. Позже этой обгоревшей муки набрала уже мать, ее хватило семье аж на полгода, готовили из нее очень долго, в основном блины на жидком тесте.
Игорь Шайкевич: немцы выдавали отходы
Когда началась война, Игорю было всего семь лет. Он хорошо помнит, что до оккупации детей спускали в бомбоубежища и там кормили и хранились продукты, ведь это помещение было достаточно прохладным. После того, как немцы вошли в столицу, ситуация с едой стала совершенно ужасной. Не было ничего, от слова совсем. Магазины были разграблены, пустые. Мать все время ходила искала хоть что-то поесть, а Игорь оставался дома со своей младшей сестренкой. Однажды мальчик вспомнил, как мать давала баранку с маслом. Он не доел ее, и чтобы мать не ругала – спрятал. Вспомнив об этом, пошел искать, однако, когда нашел, та была уже вся зеленая от плесени. Детей это отнюдь не остановило, съели ее даже не моргнув, ведь ну очень хотелось есть.
Позже появилось такое понятие, как карточки. По ним немцы выдавали что-то похожее на еду: колбасу из отходов, пшено, маляс – отходы от сахароварения и что-то похожее на хлеб, его еще называли в народе “немецким”. Он был похож на сухую потрескавшуюся глину. Его готовили из чего попало, даже каштаны добавляли. Однако на внешний вид, вспоминает, был ничего такой, ведь немцы посыпали его шелухой из проса, которое и придавало красивую золотистую корочку.
После окончания войны карточная система исчезла, однако все же еще были проблемы с нехваткой продовольствия, в частности хлеба. Мужчина вспоминает, как долго стоял в очереди возле магазина. На руки выдавали только одну единицу, а из-за того, что семья не маленькая, хватало ненадолго. Позже семья Шайкевич питалась овощами, ведь жили в частном доме.
Евгения Аленкина: горячая вода с витаминками
Когда началась война, Евгении было всего пять лет. Первое знакомство с немцами произошло так: девочка шла с подружкой, в один момент подошел немец с большой собакой, догом, и дал камешки. Дети возмутились, однако впоследствии им дома рассказали, что это конфеты такие. Также женщина вспомнила, их семья ела у бабушки, которая жила в Киеве. Достаточно хороший был стол. Были и картофель, и сельдь, и капуста квашеная. Однако все же экономили, шкурки от картофеля не выбрасывали, а позже также их готовили.
В 1943 году ситуация ухудшилась. Семья Аленкиных переехала в маленькую комнатку в коммуналку, где кроме них жило еще около пяти семей. Именно в этот трудный период девушка и начала посещать школу. Там едой не баловали. Давали горячую воду и витаминку, которую они любили запивать. Только суббота была особенная, ведь давали булочки с небольшим количеством изюма. Также время от времени Евгения с одноклассниками любила бегать к киоску со свежеиспеченной сдобой, чтобы почувствовать те удивительные ароматы. В современном Киеве на этом месте находится Дом художников.
К тому же Евгения вспомнила о том, как ее поставили на туберкулезный учет и отправили на Западную Украину, в село Беркут, что на Ивано-Франковщине. Кроме нее, было много детей из Восточной Украины: Луганск, Донецк и тому подобное. Жили в школе. Там также был голод, нечего есть, как и везде. Интересным упоминанием является то, что местные жители, которых называли “бандеровцами”, приносили детям стаканчик свежего молока, который изрядно помогал в те нелегкие голодные времена. Впоследствии оказалось, что за эти действия горожан выслали в Сибирь. В этой школе местные воспитательницы учили детей ухаживать за собой, одеваться, делать прически, гладить и тому подобное.
Валентина Клейтер и ее воспоминания
Несмотря на то, что Валентине в годы войны было всего три годика, все же девушка многое запомнила. Женщина вспоминает, что в период немецкого нашествия в их семье был сравнительно достаток, ведь отец работал извозчиком и прекрасно зарабатывал. Дома было много продовольственных запасов, однако это было ненадолго. Во дворе дома Клейтеров проживала семья, мужчина и женщина. Однажды эта женщина пришла просить продукты у матери Валентины, та поделилась мукой. Впоследствии соседка стала наведываться чаще. Валентина вспоминает, что мать объяснила той, что не может постоянно что-то давать, ведь у нее дети. В этот момент один ребенок проговорился и сказал, якобы, дай тете, потому что у нас много есть муки. После этой ситуации, имущество Клейтеров арестовали и все до последнего кусочка забрали. Мать умоляла смилостивиться и оставить хотя бы детям что-то, однако все было напрасным. Одна немецкая семья, которая проживала достаточно давно в Киеве, посоветовала женщине уехать, поэтому вскоре Клейтеры поехали к тете в село, которое сейчас называется Красная Слободка. Вскоре туда прибыли немцы, жили там в домах, у тети Валентины тоже, она их кормила. Однако жить рядом с оккупантами было страшно, поэтому детей некоторое время прятали.
Эти истории прекрасно показывают продовольственную ситуацию в военные годы. Люди не жили, а в прямом смысле выживали. В общем, самыми популярными “блюдами” в те времена для многих жителей Киева были сухари, “пустой” суп, который готовился на одной крупе, затирка – похлебка на основе муки, также иногда в рационе появлялся горох. По вышеупомянутым историям можно понять, что часто готовили также шелуху из картофеля. Киевляне его жарили, варили, даже котлеты делали. Остальные продукты, такие как сало, масло, тем более мясо были недосягаемы. Даже если кто-то из членов семьи ходил на работу и зарабатывал, все равно не хватало. Некоторые люди вместо зарплаты получали немного еды. Стоит также отметить, что после окончания войны, долгое время ситуация была похожей, мало платили, еда была также в дефиците.