После агрессии России в сторону Украины воспоминания тех, кто пережил Вторую мировую войну воспринимаются теперь совсем по другому. Времена немецкой оккупации, издевательств и тотального голода не кажутся чем-то далеким и тем, что не касается настоящего. Все чаще можно провести параллели между событиями 1941 – 1945 годов и последнего года. Для детей войны из Киева Вторая мировая началась с приходом немецких войск в город. Те, кто пережил эти страшные времена поделился своими воспоминаниями и вспомнил свое детство. На основе этих воспоминаний даже была выпущена книга. Многие рассказали о том, чем питались и как помогали друг другу в те нелегкие времена киевляне. А еще вспоминали те моменты, которые отпечатались в памяти надолго. Далее на kyivyes.
Евгения Аленкина, ей было 5 лет
Девочка вспоминала свою первую встречу с немецким офицером во время оккупации Киева. Офицер шел по улице с огромной собакой, догом. Евгения гуляла со своей подружкой возле дома. Вспоминает, что сразу остановились как вкопанные, ведь немцы были врагами. Офицер подошел, положил девушкам в ладошки какие-то камешки и пошел дальше. Женя вспоминала, что очень возмутилась и долго рассказывала об этом бабушке в тот день. Бабушка только посмеялась и объяснила, что эти разноцветные камешки, это конфеты, которые называются “Морские камешки”. Евгения второй раз попробовала эти конфеты уже по завершению войны.
Женя рассказывала, что как-то все женщины из их семьи решили собраться вместе. Все отправились к прабабушке, которая жила на Подоле. По тем временам стол можно было считать очень богатым, ведь было много разнообразных блюд. И квашеная капуста, и сельдь и даже целая картошка. Во время войны картофель чистили по другому, так чтобы кожура, которую срезали, оставалась целой, потому что ее потом можно было отварить. А картофель делили на несколько раз, чтобы можно было приготовить и первое и второе блюдо.
В 1943 году, семья Жени переехала в маленькую комнату по улице Артема. Это была коммунальная квартира в которой проживало еще 5 семей. Именно там девочка пошла в школу. Вспоминала, что школьный рацион был достаточно бедным. На обед давали горячую воду и витаминку С. А каждую субботу детям готовили булочки с изюмом. Это была сладкая сдоба с очень маленьким количеством изюма, поэтому каждую субботу дети ждали с особыми эмоциями. В 1945 году в районе Сенного базара была открыта пекарня, дети после школы бегали туда подышать ароматом свежевыпеченного хлеба и бубликов.
В 1946 году Евгению поставили на туберкулезный учет. И отправили в лесную школу в Ивано-Франковск, как и многих детей из крупных городов Украины. Евгения вспоминает, какое было удивление когда каждое утро, несмотря на послевоенный голод во всей стране, на тумбочке возле каждой кровати стоял небольшой стакан свежего молока.
Это молоко собирали и передавали местные жители для детей, которые находились в лесной школе. Но вдруг это все прекратилось. Преподаватели и воспитатели долго молчали. Оказалось, что приехали отряды НКВД и вывезли всех жителей ближайших хуторов ночью.
Трехлетняя Валентина Клейтер
Валентина вспоминала, что в начале войны отца призвали на переподготовку. Он неплохо зарабатывал, ведь был извозчиком, поэтому дома всегда были запасы продовольствия. В их же дворе жила семья мужчина и женщина. Он был полицаем. Его жена часто приходила к семье Вали что-то просить. Однажды мать девочки ответила соседке, что больше не сможет давать ей продукты, ведь у самой трое детей. Маленький брат Вали, сидя на кровати и не понимая всей ситуации, проговорился, что за дверью стоит целый мешок муки. На следующий же день приехали полицаи и вывезли из квартиры все от продуктов до теплой одежды. И пригласили ее привести детей в еврейский костел, поскольку отец Валентины был еврей. В соседнем доме проживала немецкая семья. Муж – немец увидев плачущую маму Вали и услышав историю сразу сказал бежать из города.
Пешком семья дошла до села Слободка, где жила тетя девочки. Через несколько дней туда заехали немцы. Тетя спрятала детей в погреб, чтобы немцы ничего не сделали с ними, поскольку боялась, что кто-то из соседей скажет, что у нее проживают еврейские дети. Но слава Богу соседи были хорошие люди и молчали об этом.
Игорь Шайкевич. Ему было 7, когда пришла война
Как только началась война, детей сразу спрятали в хранилище в детском саду. Это был большой каменный погреб. Поскольку холодильников не было, то все продукты хранились в погребах и погребах. Там постелили солому, чтобы можно было сидеть, а также в том хранилище кормили детей. Через полтора месяца садик закрыли, поскольку немцы уже подходили к Киеву. Мама Игоря перешла работать в Охматдет. Как только советские войска оставили Киев немцам, начался тотальный хаос. Разграбляли магазины и продуктовые гастрономы. Обычным людям не доставалось ничего. Мама Игоря в панике побежала искать где-то хоть кусок хлеба, чтобы накормить детей. А мальчика оставила дома с младшей сестренкой.
Игорь вспоминает, что чувствовал себя голодным щенком. Вдруг, он вспомнил о бублике с маслом, который ему мама дала еще до начала войны, а чтобы она его не ругала, Игорь спрятал недоеденный бублик под буфет. Малый палочкой достал тот бублик. Поскольку в доме было довольно сыро, то бублик был покрыт плесенью полностью. Но этот бублик был самым вкусным для Игоря и его сестрички.
С приходом немцев в Киеве наладили карточную продуктовую систему. Давали крупу и колбасу, которая называлась “Собачья радость”. Она была очень похожа на ливерную, но делалась из всевозможных внутренностей. Вместо сахара давали маляс, а впоследствии начал появляться и хлеб. Хлеб конечно был на вкус ужасный. Хлеб для киевлян выпекали из всего, что попадалось под руку, даже из каштанов. Игорь вспоминал, что они с одноклассниками собирали каштаны, а потом приносили и сдавали немцам. После завершения войны, Игорь вспоминал, что они с мамой работали в саду, к ним пришел дядя и обратился к маме, что есть два монаха, которые готовы вскопать огород за еду или деньги. Мама мальчика согласилась. Вот такая ситуация была с религией.
11-ти летняя Галина Костенко
Галина вспоминала, когда пришли немцы в Киев, в семье есть вообще было нечего. Денег тоже не было. Начались массовое разграбление магазинов, но ведь мама не пойдет грабить. Все что она смогла достать, это кило барбарисок, леденцы такие. Девочка так хотела есть, что постоянно похищала те барбариски. Мама видела, что конфеты исчезают, но ничего не говорила, поскольку понимала, что детей надо чем-то кормить.
Как-то мама пошла искать продукты, вернувшись домой принесла картофельную шелуху. Отпарила его, обжарила, присолила и дети с удовольствием то ели. Со временем оказалось, что недалеко от дома девочки на бульваре Шевченко был немецкий ресторан. Повара ту шелуху выбрасывали, а киевляне ходили ее собирать, чтобы было чем кормить семью. Через несколько дней мам Галины вышла с младшей дочкой на прогулку. К ней подбежала соседка и предложила пойти в школу, где раздавали вещи евреев, которых отправляли в Бабий Яр. Мать Галины была возмущена таким поведением, ведь евреи или украинцы все одна нация. В школу она так и не пошла.
Впоследствии мама Галинки начала продавать платья, постельное белье и тому подобное. Галинка вспоминала, что папа купил ей красное красивое платье, в завершение 4-го класса, до войны еще. Мама так переживала, как дочь будет без платья, а Галинка предложила выменять это платье на хлеб. Также вспоминает, что пошла мама продавать простыни, но белые никто брать не хотел, потому что из них и одежду не пошить. Поэтому мама Гали нашла где-то краску зеленого цвета, покрасила ткань, сшила юбку. За это ей принесли 2 стакана фасоли и кусочек сала. Из этого мама сварила суп, этого хватило на целый день.
Когда в Киеве были пожары, горели и склады муки. Киевляне приходили с мешками и сумками, набирали обгоревшей муки, чтобы кормить семью. На такой муке семья Галины прожила полгода.